3.Особенности правовой школы Великого Имама
Особенности правовых взглядов Великого Имама и его школы, которые способствовали их широкому распространению, можно обнаружить в различных профессиональных юридических подходах и взглядах Великого Имама. Это касается, иерархичности правовых норм по юридической силе, порядка и правил выбора правовых норм из первоисточников, учета юридической техники при одобрении норм права, методики приведения доказательств, предоставления провоцированного положения категориям справедливости и честности, учета важности исторической эпохи и времени, местных обычаев и традиций, не противоречащих требованиям Корана и сунны, и даже предвидения и решения тех правовых проблем, которые еще не возникали, но возможность появления которых не исключалась (фикхи такдири) и т.д.
Особо остановимся на порядке, и правилах выбора правовых норм и решении правовых проблем Имама, которые совершались на сугубо рационалистической основе.
Великий Имам не только прославился решением новых правовых проблем, не предусмотренных основными источниками исламского права, но и предвидением новых правовых казусов и прогнозированием их решения – «фикхи такдири». Абузахра, авторитетный исследователь исламского права и личности Абуханифы, определяя отличия Абуханифы от одного из первых рационалистов Куфы Иброхима Нахаъи отмечает следующее: «Если Ибрахим предпочитал молчать нежели говорить, и при приведении доводов опирался на высказывания сподвижников, то Абуханифа не останавливался на изречениях сподвижников, но напрямую опирался на высказывания пророка, и в диспутах не то что отвечал на всякие правовые проблемы в зависимости от их возникновения, но и предвидел различные вариации возникновения одной той же проблемы и всегда давал на них ответы… То есть он не останавливался на одном и том же уровне правопонимания, как Иброхим ан-Нахаъи, а рационально развивал юридические науки Куфы» (Абузахра Имам Мухаммад. Абўханифа: С. 274 -275).
Тайна успеха великого Имама также кроется в правильности выбора им юридических норм Корана и сунны при разрешении различных проблем. Поначалу правильность выбора юридических норм Корана в силу ряда причин, начиная от самого пророка и до Абдуллы ибн Масъуда, праведных халифов и многочисленных факихов – сподвижников, не имела серьёзных проблем, за исключением отдельных моментов. Со временем же, с распространением ислама на новых территориях, синкретизацией различных социальных норм и возникновением новых непредвиденных ситуаций, возникли проблемы. Особенно это касалось выбора юридических норм хадисов пророка. Трудности здесь были обусловлены как различиями в достоверных хадисах, так и юридическими основаниями норм хадисов. В ту пору, когда наука о хадисах только формировалась, когда многое зависело от тех, кто передавал эти хадисы (ар-риджал), выбор хадиса в решении жизненных проблем имел очень большое значение. Сложность заключалась не в простом решении вопроса, а в открытии прецедента, построении нового механизма и стиля решения проблемы, в разработке универсального механизма однотипных решений и многое другое. На этом фоне Великий Имам выступал как самодостаточный юрист, четко различающий суть социальной нормы и границы её влияния и назначения. А это была основной проблемой исламского права той эпохи.
Правильный выбор хадисов являлся одним из основных факторов развития правовой школы ханафизма. Абуханифа использовал ходы весьма рационально. При обращении к хадисам пророка он за основу брал дополнительные правовые средства. С целью защиты подлинности хадисов тогда уже начался процесс их кодификации с помощью науки о риджале и последовательности иснада (передатчиков) и определения их соответствия смыслу Корана и историческим фактам. Абуханифа же обращал внимание и на то имеет ли высказанный хадис общеобязательный характер, или же он рассказывал об индивидуальном поведении. Такой подбор был обязательным для факихов: прежде чем придать хадису юридическую силу, надо было знать его предназначение. Надо было уточнить, является ли хадис общеобязательным, или же оно имеет индивидуальный характер. По словам Н. Шибли, «среди принятых за юридические нормы хадисов были немало таких, которые не имели никакого отношения к обшеуказательным нормам, исходящим от Всевышнего, но их передавали с языковой нагрузкой хадисов. Великой ошибкой в формировании фикха было то, что люди приняли их за общеобязательные нормы и на их основе решали правовые проблемы и издавали новые нормы, в то время как они не имели никакого отношения к общеобязательным нормам» (Аллома Шиблӣ. Симои Имоми Аъзам Абуханифа. Тарҷума аз арабӣ ба форсӣ Абдулваҳҳоби Муллозойӣ.Алигарҳ, Ҳинд. 1893.С. 227). И великой заслугой Имама Аъзама является то, что он как профессиональный юрист и знаток хадисов, мог отделить общеобязательные хадисы от хадисов, имеющих индивидуальный характер.
Шохвалиюллах Дехлави также среди подлинных хадисов выделяет хадисы с общеобязательными нормами и хадисы разовые, индивидуального характера (Асари номбаршуда. – С. 229). Поводом для такой классификации послужил хадис пророка, где говорится: «Я, как и вы, человек, и если я вам распорядил религиозный поступок, то исполняйте его, но когда что-то от себя по поводу мирского, сказал то это мое личное мнение». К этому можно добавить хадис пророка о светящихся ветках деревьев в Медине.
Следует отметить, что в многочисленных источниках об Абуханифе говорится, что в случае противоречия мнений сподвижников, он определял порядок выбора между ними на основании приближенности смысла и сущности к требованиям Корана и сунны. То есть он практически начал решать проблемы коллизии правовых источников в классическом исламе. Это и ест разумный выбор среди источников и одна из особенностей методики решения правовых проблем Абуханифой. Если другие факихи на это не обращали внимания или настороженно смотрели на все происходящее, то Великий Имам с легкостью не то что решал эти проблемы, но и предвидел разные варианты возможного появления новых правовых казусов и способы их решения. Поэтому те, кто обвинил Абуханифу в том, что он не считался с мнением некоторых сподвижников и муджтахидов, не правы. Почему? Во–первых, Абуханифа сам неоднократно говорил, что никто не имеет право ставить свое мнение наравне с Книгой Божьей, с сунной пророка или же с высказыванием сподвижников, если, конечно, последние сами не противоречат себе (Ибни Хаджари Макки. Манокиби Имоми Аъзам…С.73). Во-вторых, он, почитая всех сподвижников, ради благополучия и истины, использовал методы, помогающие не ошибаться в решениях правовых проблем. В ту пору, в научной среде халифата с целью защиты личных, групповых, политических и правовых интересов часто высказывались поддельные хадисы от имени пророка, и вообще подделка высказываний сподвижников, которых почти не осталось в живых, было обыденным делом. А о мнении тех муджтахидов, которые оказались в подчинении халифов, и говорить не приходится. Тогда, естественно, циркулировало очень много поддельных и ложных хадисов, немало противоречивых мнений как сподвижников (асхаб), так и последователей (тобиун), которые передавали различные рассказы, не имевшие места. И тогда Абуханифа начал ревизию этих поддельных высказываний через содержание и смысл Корана. Этот рациональный и логический подход Великого Имама без указания на преемственность мы обнаруживаем в трудах плеяды признанных мухаддисов второго и третьего века хиджры Ибн Джурайха, Ибн Мунаджима, Малика ибн Аннаса, Муслима Нишапури, Ибн Маджа Казвини и великого мухаддиса Имама Бухари (Халиков А. Г. Хадис как источник мусульманского права. Душанбе 1998. С.38-39). Таким образом, Великий Имам открыл путь к развитию не только мусульманского права, но и других исламских наук, в том числе науки хадисоведения.
Аналогия, как методика решения правовых проблем, имела важное место в юриспруденции Абуханифы. Как профессиональный аналитик и юрист, он в тех случаях, когда не было прямого ответа в первоисточниках, в силу общности правовых отношений и их сравнительного анализа по аналогии и содержанию правовых норм и отношений делал заключение об урегулировании правовых отношений. В своей практике Абуханифа использовал как аналогию закона, так и аналогию права. Во всех случаях он исходил из основной цели правовых норм и общих принципов исламского права. Ибн Хаджар Макки со слов Музани пишет о том, что сказал Имам Шафии об аналогии: «Люди в аналогии все кормятся с угощательного стола Абуханифы и его рода» (Ибни Хаджари Макки. Манокиби Имоми Аъзам…С.74). Также вышеуказанный автор отмечает, что один из мужей слышал, как Имам решает проблему с помощью аналогии – кияса, а тот кричал: «Оставьте аналогию». Первый, кто так поступал, был проклятый «шайтан» – сатана. Имам, повернувшись к нему, спокойно ответил: «Вы неправильно и неуместно используете доказательство. Дьявол с помощью аналогии отошел от божьего предписания и отклонил божий завет, как об этом сообщается в священной книге, почему и стал неверным. А наша аналогия совершается по завету Всевышнего с целью реализации целей, предусмотренных в Коране, в сунне и в высказываниях сподвижников, как же вы можете нас сравнивать с сатаной? После чего мужчина простил прошения. Как видим, Абуханифа, опираясь на рациональные источники права, их сущность и содержание он использовал с целью служения общим принципам ислама.
Методика решения правовых проблем
Одной из особенностей правовой школы ханафизма является её методика решения правовых проблем. Унаследовавшие от своего основателя рациональные методы, последователи данной школы внесли очень значимый вклад в развитии как теории права, так и отраслевого законодательства ислама. Практика регулирования как гражданско-правовых, так и семейно-правовых отношений в юриспруденции ханафизма заслуживает пристального внимания и ныне.
Абуюсуф в «Китаб-ал-харадже» упоминает о том, как он расходился с позицией своего учителя относительно правовых последствий обработанных мертвых земель. По мнению Абуюсуфа, если кто обработал мертвую землю, то он становился её собственником, Абуханифа считал, что если кто обработал мертвую землю, то он становился собственником лишь в случае, если правитель на тот давал согласие (Аллома Кози Абуюсуф. Китоб-ал харадж. Пер. Мир Алии Асгари Шу-ъоъ. Кобул б-г. 328 с. Абузахра указ раб. С. 239). Относительно этого имеется хадис пророка, где говорится: «Тот, кто обрабатывает мертвые земли, становится собственником». По мнению Абуюсуфа, его учитель не противостоял содержанию хадиса (обратите внимание, он сам не согласен с позицией своего учителя, но с уважением защищает его от ослушания хадисам пророка), он лишь сказал, что собственником можно стать лишь после соответствующего распоряжения правителя. Абуханифа исходил из того, что со временем люди обрабатывающие мертвые земли, могут увеличиться до двух или трех и это на одном и том же участке. Тогда за кем будет закреплено право собственности? Поэтому в таких случаях нужно согласие правителя, и здесь нет противоречия хадису пророка. Абуханифа таким толкованием хадиса защищает права людей и порядок в обществе. То есть при решении казуса он не остановился в рамках предусмотренной нормы, а учитывая ситуацию, интересы общины и в целом сложившиеся механизмы в обществе реализовал хадис пророка в новом ключе. При этом Абуханифа старался не выходить и не противоречить требованиям хадисов пророка, но тем не менее разумно подводил новые общественные отношения под регулирование их исламскими первоисточниками. Ему в этом помогли истехсон, кияс и другие рациональные методики.
История права и практика доказали правоту Великого Имама.
Или же другой случай: когда представитель купил от имени уполномоченного товар. Имеет ли представитель право в случае порчи товара возвратить его. Абулайло считает, что раз он купил товар от имени другого, то такое право имеет только настоящий покупатель (доверитель), а не его представитель. Абуханифа считает, что наоборот, представитель имеет право исправить ошибку. Нет нужды за каждое юридическое действие беспокоить доверителя. Свое решение он подтвердил по аналогии с договором музораба, когда лицо, распоряжаясь чужим имуществом, на законном основании в другом городе совершает договор купли-продажи, и в случае обнаружения недостатка в купленном товаре не будет же он вызывать собственника для её возвращения (Этот спор приведен из книги «Осор» принадлежавшей Абуханифе и собранной Юсуфом, сыном Абуюсуфа. См. Абузахра. Указ раб. С. 244).
Как видим, интеллектуальная база решения правовых проблем настолько прагматична и практична, что от механизма их реализации вполне зависит не только исполнение подлинных норм шариата, но и совершается правосудие, где с учетом всех обстоятельств защищаются интересы субъектов гражданско-правовых отношений. Как в первом, так и во втором казусе защищается право собственника равнозначно. Во втором случае Абуханифа, наделяя представителя полномочиями, тем самым защищает права уполномоченного.
Конечно, в рамках одной статьи трудно объяснить подлинную природу одной из основных школ исламского права, регулирующей жизнь более половины мусульман мира. Но следует сказать главное – заслуги этой школы, распространенность её учения, прежде всего во многом обусловлены интеллектуальными способностями ее учителя и основателя.
Абуханифа, воспитанный в научно-интеллектуальной среде каламитов, посвятил свою жизнь юриспруденции. Догматические проблемы ислама он решал руководствуясь учением каламитов. Практика диспутов в школе каламитов, широкое использование интеллекта в научных кружках, логические умозаключения, используемые им в мире права, где свобода и ограничения противостояли друг другу, дали умственным способностям Абуханифы новый толчок.
Будучи человеком свободного мировоззрения, он перерос границы догматического ислама, Халифат стремительно развивался и расширялся, многие религиозные, политические и правовые учения оказались в затруднительном положении. Традиционализм с помощью одного подражания не в силах был устоять перед новыми политико-правовыми явлениями. Те, кому было суждено решать проблемы (пророк, праведные халифы и сподвижники), уже ушли из жизни. Вот в таком нестабильном политико-правовом пространстве жил и творил Великий Имам.
В рамках исламской идеологии он двигался дальше по дороге устроенной пророком, праведными халифами и виднейшими свободомыслящими юристами, такими, как Абдулла ибн Масъуд, Ибрахим ан-Нахаи, Хаммад ибни Абусулаймон и др. Своим свободомыслием, логическим заключениям, направленным на улучшение жизни мусульман, во многих правовых проблемах он достиг истинного состояния естественного права. Свобода, равенство и справедливость сопутствовали всем его диспутам, вердиктам и заключениям, и в итоге он по достоинству занял то положение, которое признано юристами мусульманского мира. Его привилегия заключалась в том, что он всегда выполнял то, что написано в Священном Коране и хадисах пророка. Всё в жизни он заработал своим трудом, и все, что имел, он отдал нуждающимся. Он организовывал школы и материально и духовно поддержал ученых.
Его путь к успеху всё-таки определялся правильностью восприятия указания Всевышнего: «Всевышний не обязывал никому сверх его возможности»23 и указания пророка ислама Мухаммада (с.а.с): «то, что является поводом радости мусульман, то приятно и радостно Всевышнему».
А.Г. Холикзода – Директор Центра исломеведения при Президенте РТ, Профессор кафедры права человека и сравнительное правоведение юридического факультета Таджикского нациального университета.
Ф.М. Шоев – Главный специалист отдела Исламского права, Центра исломеведения при Президенте РТ, к.ю.н., доцент кафедры права человека и сравнительное правоведение юридического факультета Таджикского нациального университета.
Ш.Ф. Искандаров – Ведущий специалист отдела Исламского права, Центра исломеведения при Президенте РТ, к.ю.н., доцент кафедры права человека и сравнительное правоведение юридического факультета Таджикского нациального университета.
